|
В начале лета 1944 года войска 1-го Белорусского фронта вели тяжелые бои с упорно обороняющимся противником. Наши части продвигались на запад, к Бобруйску и Минску.
На бобруйском направлении советские войска, развивая охватывающие удары с востока и юга на
 Бобруйск, завершили окружение группировки противника, состоявшей из пяти пехотных дивизий, в районе Бобруйска и юго-восточнее города. 28-я армия, находившаяся какое-то время в резерве Ставки Верховного Главнокомандования, была передана в состав 1-го Белорусского фронта. В течение нескольких суток ее соединения, переправившись у Речицы через Днепр, выдвинулись на линию Озаричи — Мозырь.
Поначалу трудно было ориентироваться в топких болотах Полесья, находить дорогу в медсанбаты. А в полковые медицинские пункты некоторых дивизий можно было пробиться только с помощью проводников, да и то днем. Ночью, во тьме, по бездорожью это было невозможно. Сколько раз мы буквально плыли, а не ехали на потрепанном «виллисе» по изрытой, топкой дороге.
На фронте удивительно умели чувствовать, что предстоит большое наступление. Никто об этом не говорил, никаких приказов еще не было, но по едва уловимым признакам все понимали: скоро в дело!
По указанию представителя Ставки маршала Г. К. Жукова в каждой дивизии первого эшелона формировались по одному-два соответствующим образом оснащенных штурмовых батальона с задачей «прокалывания» обороны противника. В нашем расположении появились конники генерала И. А. Плиева. Ночами подтягивалась артиллерия. Во всех частях для преодоления болот бойцы плели из веток лыжи и волокуши для пулеметов.
Утром 23 июня наступление началось.
Первой вступила в дело артиллерия. «Развернувшаяся перед нами панорама,— вспоминает генерал А. А. Лучинский,— поражала своей грандиозностью. От ежеминутно взрывавшихся свыше 2 тысяч снарядов и мин содрогалась земля. Окутавшие весь горизонт клубы дыма и пыли пронизывались огненными стрелами реактивных «катюш», а высоко в небе кружились стаи наших и вражеских самолетов...»
| 
