|
Хотя я и не все видел, впечатлений у меня было много. Но я выбрал больше всего потрясшее меня:
— Даже не верится, что эта «война» продолжалась всего четырнадцать минут.
— Зато сколько в эти минуты было вложено труда и опыта офицеров и старшин, сколько проведено бессонных ночей ради успеха в этом, к счастью, учебном бою...— не назидательным, а все-таки несколько дежурным тоном
напомнил замполит.
— И сколько пролито матросского пота,— добавил вдруг командир корабля, казалось бы не прислушивавшийся к нашему разговору.
Ну, лично я, положим, пролил этого пота не так уж много, но мне было приятно, что здесь этот пот тоже учитывается.
В этот момент появился старший лейтенант Самочадин и доложил о расходе боезапаса.
Школьные учителя не могли упрекнуть меня в исключительных математических способностях. К тому же я не знал стоимости каждого снаряда или бомбы. Прикинул весьма приблизительно. Цифры получились солидные. Если добавить к ним стоимость горючего, которое сожгли налетавшие на нас самолеты, то получатся еще более потрясающие цифры/ А разве сами самолеты и подводная лодка обходятся нам дешевле? А денежное содержание людей, участвовавших в этом учебном бою, бесплатное питание, одежда, обувь... К этому надо* приплюсовать те не созданные сотнями людей так называемые материальные ценности, которые они могли создать...
— Дороговатое удовольствие,— заметил я вслух. Кажется, Молоканщиков угадал ход моих мыслей и
подхватил:
— Да, народу во многом приходится отказывать себе,
чтобы нас содержать. Но ведь надо!
А мне припомнился случай, о котором я узнал из недавно прочитанной книги. Автор рассказывал, как во время блокады Ленинграда голодным детям устроили новогодний праздник. Была елка. Но она не произвела на детей особого впечатления — они ждали, когда начнут раздавать обещанные подарки. Однако до этого был еще концерт. В нем, в частности, выступала дрессировщица с собачкой. И после каждого удачного трюка дрессировщица угощала собачку то ли конфеткой, то ли еще чем-то съестным. И тут одна маленькая девочка завистливо прошептала: «Хочу быть шобачкой!»
| 
