|
Теперь ты, Севастьянов, в отпуск собирайся.
Ну уж нет, если даже мне и в самом деле дадут отпуск, я откажусь. Только сделать это надо сейчас же, пока командир не отдал приказ.
Но обращаться прямо к командиру корабля я не имел права, надо было сначала спросить разрешения у старшины второй статьи Охрименкова, потом у капитан-лейтенанта Холмагорова, а каждому из них придется объяснять все сначала. И я решил поговорить с замполитом капитан-лейтенантом Молоканщиковым, уж к нему-то можно обращаться в любое время и по любому поводу.
Когда я, постучавшись, вошел в каюту замполита, там кроме него оказались Холмагоров и Зозуля.
~- Ну вот, на ловца и зверь бежит,— мрачно усмех-йулся Холмагоров.
Похоже, разговор у них с Молоканщиковым был до
этого не очень-то веселый, и, наверное, все из-за этой истории.
— Садитесь,— предложил Молоканщиков, перебираясь на кровать и уступая мне кресло.
Помявшись, я все-таки сел.
— Как же это все получилось, Севастьянов?
Я коротко рассказал, как все вышло, и добавил:
— Тут ребята говорят, что теперь мне отпуск дадут, так я не поеду. И подарок мне никакой не нужен. — Я положил сверток на стол.
— Ну, отпуск вам, пожалуй, не угрожает,— опять усмехнулся капитан-лейтенант Холмагоров.— А наказать следовало бы, да вот Георгий Федотович возражает.— Он кивнул на замполита.
,— Я готов понести любое наказание,— привстав, искренне сказал я.
— А за что вас наказывать? — спросил Молоканщиков.
— Ну, хотя бы за то, что не доложил сразу. Но ведь мне неудобно было, получилось бы, что я вроде как хвастаюсь.
— Вот именно! — Замполит выразительно глянул в а Холмагорова. Должно быть, они уже говорили об этом и не сошлись во взглядах.
— Нам не доложили, а Воронину рассказали.
— Так ведь если бы он не увидел нож, я и ему не рассказал бы.
— А теперь вот что получилось! Одна ложь потянула
другую.
— Так ведь не назовись я Ворониным, что бы подумала о нас эта женщина?
— Ложь во имя спасения? Весьма сомнительная позиция.
— Да не позиция, а стечение обстоятельств...
| 
