|
Так и едет в людском потоке мать с детьми из-под Оренбурга в Ленинград или Минск, а навстречу ей спешит солдат — муж, отец детей — то ли из Вены, то ли из Берлина...  Где только не побывал за годы войны советский солдат!
Шумное оживление не только в городах, на узловых железнодорожных станциях, но даже на проселочных дорогах: пылит полуторка, а в кузове нетерпеливо ждет своего перекрестка солдат. И. не дождавшись, пока затормозит машина, спрыгнет на обочину, помашет на прощание шоферу, озорно, по-мальчишески оглянется по сторонам — видят ли люди, как блестят начищенные ордена и медали... Потом небрежно бросит через плечо вещмешок, на руку полежит видавшую виды, не газ простреленную шинель и, подтянув потуже ремень, дзи-нется торопливо к родному дому. Сколько будет восклицаний, радостных слов, забытых поцелуев, рукопожатий!
Все это довелось мне видеть по дороге, когда санитарный отдел 28-й армии своим ходом на машинах возвращался из Праги в родную Москву.
Приехал домой утром. Ребята уже знали, что со дня на день буду дома. И вот наконец-то опять все вместе. Разве спишешь это чувство; Только тогда я, пожалуй, по-настоящему понял — мир!
Конечно, сидеть сложа руки не собирался. Хотелось побыстрее взяться за обобщение военного материала по теме докторской диссертации, провести необходимые эксперименты в лаборатории и читать, читать, наверстывать то, что прошло мимо за годы войны.
Ждала впереди и ответственная работа в отделе здравоохранения. Предстояло принять активное участие в восстановлении разрушенных войной органов здравоохранения, особенно в западных районах страны.
Жизнь постепенно входила в новую колею.
|
