|
В разных вариантах передают, как покончила с собой верхушка оголтелых фашистов — военных преступников во главе с Гитлером.
— А жаль, что они раньше времени ушли от суда народов, — в раздумье говорит один.
— Струсили! — бросает лихой молодой солдат с перевязанной рукой.
Около раненого постарше сгрудились несколько человек, до нас доносится его неторопливая речь:
— Встретились тут на днях русский солдат, англичанин, француз и американец. Стали судить да рядить: какую придумать бы смерть лютому зверю — Гитлеру. Американский солдат предлагает посадить его на электрический стул. Французский — умертвить на гильотине. Англичанин — применить к Гитлеру средневековые пытки. Иван сидит на краю окопа, слушает и молчит. Тогда спрашивают они его: «А что ты предлагаешь, Иван?» Русский солдат и говорит: «Надо добела раскалить металлический прут и холодным концом ввести его в задний проход Гитлеру».— «А почему не раскаленным?» — удивились собеседники. И отвечает им русский солдат: «А чтобы вы, господа, не вздумали тот прут когда-нибудь вытащить!..»
...Много прошло с той поры Лет, много воды утекло, а я нет-нет да и вспомню госпитального балагура — в корень смотрел русский солдат, хоть и завуалировал грубоватой формой невеселое, но мудрое предвидение.
Закончилась война. Но работа врачей, порожденная еще невиданной человечеством кровавой, жестокой борьбой, будет продолжаться долго: в специализированных госпиталях, протезных институтах. Врачи и инженеры будут совместно решать, как лучше и быстрее вернуть сотни тысяч раненых людей к мирной трудовой деятельности.
Наступил мир.
Как сразу все изменилось у нас в стране. Днем и ночью двигались по необъятным просторам Родины в разных направлениях людские потоки. Возвращались с фронта солдаты, ехали домой эвакуированные.
У всех непростая мысль: только бы попасть на поезд или попутную машину, а там, в дороге, как-нибудь все устроится — мир не без добрых людей, помогут с харчами, дадут прикорнуть на краешке лавки, присмотрят за ребятишками.
|
