|
Но вот произошло что-то неожиданное; должно быть, у больного сильное кровотечение или коллапс. Все забегало, задвигалось... и опять воцарилась тишина среди .jpg) льющегося коридорного света, прикрытого зелеными абажурами настольных ламп. Вот надвинулся рассвет, так хорошо, тепло спится под утро, а врачи спокойно продолжают свою полную тревоги драматическую борьбу за жизнь людей. Она будет продолжаться и весь день, и опять ночь — круглые сутки и много, много суток, бесконечный поток суток... Этот бесконечный поток дней и суток и есть жизнь врача, сердце которого без остатка отдано человеку». Всем этим безупречным качествам медицинской сестры хирургического отделения вполне отвечала Ксения Ивановна Чуркина. Она — и это не расхожая фраза — постоянно работала над собой, стремилась к новым познаниям. Не забывала о своем долге учить и воспитывать молодых медицинских сестер. Многих из них поставила Чуркина на ноги, сумела привить им любовь к своей профессии, чувство ответственности за жизнь и здоровье людей.
Однажды в клинике появилась приехавшая из деревни девушка Маруся Левицкая. Не имея специального образования и подготовки, она стала работать санитаркой, но сразу же заявила: «Буду операционной сестрой, как Ксения Ивановна!» Ей растолковали, что для этого надо много учиться, и определили на курсы медицинских сестер.
Маруся часто убегала с дежурного поста в операционную и, прижавшись к двери, трепетно наблюдала за работой операционных сестер. Как-то о страстном желании Левицкой узнал Николай Нилович. Вызвал ее к себе. Трудно сказать, какой у них был разговор, но после этого Маруся часами тренировалась в разборке и сборке хирургических инструментов, пользовании иглодержателем, кровоостанавливающими зажимами, коловоротом, пилкой и т. д. Ей терпеливо помогала Ксения Ивановна. Они вместе просили молодых ординаторов «погонять» Марусю на имитированной операции. Радости обеих не было границ, когда кто-то во время дежурства поставит Марусю за инструментальный стол, а потом похвалит за умение и расторопность.
|
