|
На предыдущих этапах эвакуации им уже оказали хирургическую помощь — удалили пули и осколки. Но после дороги порой возникала необходимость срочно вскрыть флегмону, сменить гипсовую повязку, удалить некротические ткани и костные отломки.  С операциями такого рода Клавдия Андреевна справлялась сравнительно легко. Сложнее было, когда со станции привозили отяжелевшего в пути раненого с комбинированными повреждениями органов живота, таза, груди. В этих случаях требовалась консультация специалистов — хирургов, нейрохирургов, офтальмологов, которые обычно приезжали по вызову из Горького или Арзамаса.
Когда раненый поправлялся и наконец получал направление в часть для дальнейшей службы, радовался прежде всего он сам, его друзья и конечно же медицинский персонал госпиталя.
Как всегда в таких случаях, коллективно собирали солдатам вещевой мешок — сухой паек, пару белья и вышитый заботливой медсестрой кисет, а в нем адресок, чтобы солдат не забыл ту, которая выхаживала его, не жалея душевных и физических сил.
И у госпиталя в 1943 году забот не убавилось. Хотя наши дела на фронтах улучшились, потоки раненых накатывались один на другой. Партия в 25—30 человек выписывается, и столько же прибывает вновь. Правда, раненые поступали не такие раздраженные, как это было в 1941 — 1942 годах, в период наших неудач на фронте, но чувство досады на вынужденное пребывание в госпитале у них оставалось. Но это уже не то, что мне довелось видеть в госпиталях Ярославля и Казани в 1941 году. Раненого тогда раздражало все: и палата, койка, белье, питание, и даже ласковый уход медицинского персонала. Он часто выражал свое настроение в разговорах с врачом, замполитом и сестрой-хозяйкой, которая принесла не его размеров белье. А что она могла поделать, если он ростом 2 метра и косая сажень в плечах...
Когда же дела на фронте изменились и противник отброшен далеко от Москвы, тогда и настроение у раненых другое — они уже не замечают тесноту в палате, тонкий матрац и холодное одеяло, однообразное питание. Всем довольны и за все благодарят — за уход и лечение, за пшенную кашу. Не сердятся, когда начхоз опоздает с выдачей махорки.
|
