|
Году в 1969-м в нашей квартире раздался телефонный звонок. Я узнал знакомый голос Ксении Ивановны. Она просила заехать к ней домой. Понял: случилось что-то неладное. Поехал сразу же. Ксения Ивановна сидела в кресле. Ноги опухли, лицо бледное, одутловатое.  Страдальчески улыбаясь, она рассказала, что вот уже несколько месяцев, как болит грудь. По моему настоянию Ксения Ивановна согласилась лечь в хирургическую клинику. Утром следующего дня профессор В. И. Стручков сообщил мне, что у К. И. Чуркиной рак груди...
Ксения Ивановна понимала, что поздно обратилась за помощью. Силы покидали ее. Но виду не подавала, вела себя мужественно, ухаживала за соседями по палате, подбадривала больных, томившихся в ожидании операции.
Видя мое тяжелое душевное состояние и чтобы как-то рассеять мое настроение, рассказала однажды:
— Дело было год назад. По утрам ходила я за продуктами. Магазин расположен напротив моего дома, и, чтобы не делать крюк, сил уже не хватало, часто переходила улицу напрямик. Молодой сержант милиции каждый раз останавливал меня на середине улицы свистком, важно, не торопясь подходил и долго учил, как переходить улицу. А сам франтовато выпячивал грудь со сверкающими значками отличника строевой подготовки. Сделав мне соответствующее внушение, милиционер милостливо разрешал «в последний раз» перейти улицу в неположенном месте. Так продолжалось довольно долго. Но вот как-то вынула я из комода свою старую гимнастерку, выгладила ее, прицепила к ней ордена и медали. И, надев портупею, направилась, как всегда, в магазин прямиком через дорогу. Сержант, увидев меня, обомлел и, щелкнув каблуками, отдал честь, замерев по стойке «смирно». Когда я поравнялась с ним, он восторженно воскликнул: «Да вы, бабуля, оказывается, настоящий герой! Ходите так всегда в свой магазин!» И правда, когда я после этого направлялась в магазин, сержант поднимал кверху свой жезл и останавливал транспорт, пока я переходила улицу.
|
