|
Замечу кстати, что в условиях обороны устройство подземных медсанбатов и даже госпиталей было единственным способом приблизить оказание квалифицированной врачебной помощи раненым к боевым порядкам войск и вместе с тем создать наибольшую безопасность для раненых и медицинского персонала. Поэтому санитарная  служба 44-й армии широко использовала подземные помещения, несмотря на то что земляные работы отнимали много времени и выполняли их все — от санитаров и солдат из команд выздоравливающих до врачей. Мы активно готовились к наступательным боевым действиям. Обучая других, учился сам. Учеба персонала была основана прежде всего на анализе работы медицинских служб во время недавних военных операций. Во многом мне помогал опыт, накопленный в 5-й ударной армии. Если в начале войны перед медицинской службой действующих частей ставилась одна задача: оказать раненому первую хирургическую помощь и отправить его в тыл, то теперь в тыловые медицинские учреждения они отправлялись в «обработанном» виде. Практика показала, что такая система помогает сохранить жизнь тысячам бойцов. Все это накладывало новые серьезные обязанности на полковые медицинские пункты, медсанбаты. И я как можно чаще старался бывать в этих подразделениях.
...Однажды, как говорится, натерпелся страху. Выехали в медсанбат еще засветло. Наш «газик» то совершал стремительный рывок вперед, то, стреляя мотором, неожиданно останавливался.
— Что это с машиной? — спрашиваю у водителя.
Он только плечами пожал.
Сам не знаю.
Какой же вы шофер, если свою машину не знаете?
Да я и не шофер вовсе,— ответил он.— Везти вас некому было, вот меня и посадили. Повар я, права только недавно получил...
Делать было нечего. Кое-как добрались до медсанбата. Пока я занимался своими делами, водитель с помощью медсанбатовских шоферов исправлял машину. Провозились они до рассвета. А утром было назначено совещание хирургов в соседнем медсанбате, и меня там уже ждали. Решил рискнуть — авось проскочим!
Только выехали на открытое место, как в воздухе над нами повисла «рама». Скрыться некуда, едем по ровной, гладкой степи. Вдруг замечаем, что «рама» стала заходить сзади. Мелькнула мысль: сейчас немец даст очередь из крупнокалиберного пулемета...
Что-то отделилось от самолета. Неужели бомба?! Просвистело, ударило — и я очутился в кювете. Ощупал себя — вроде цел, подвигал руками, ногами — все в порядке. Поднял голову. Что за оказия: с неба падают какие-то огромные хлопья снега!..
| 
